Достопримечательности Форта-Мэмфис можно встретить в любом туристическом каталоге. Поэтому мы не станем уделять им слишком много времени.
Вся жизнь Форта-Мемфис крутилась вокруг военной базы и ее порта, вокруг базы Рудной Компании и двух ее портов, а так же тех самых пресловутых дорогих отелей, где гостили любители экзотики.
Для того, чтобы выколачивать из путешествующих набобов побольше денег, были созданы циклопические, грандиозные, фантасмагорические бутафорские сооружения – якобы оружие и якобы механизмы. Толпы ротозеев с удовольствием опустошали кошельки, для того, чтобы посмотреть на них.
Великий мыслитель из далекого космоса совершал меланхолическую прогулку на руках своего робота Фердинанда.
Они осмотрели уже и зал атмосферных машин, и фабрику-кухню и многие другие интересные места.
Когда уже возвращались в отель, великий мыслитель устал лежать и начал канючить:
- Фердинанд, отпусти меня побегать.
- Я не могу этого сделать, сэр, я волнуюсь за вас. Вы можете потеряться.
- Что за чушь! Как это я могу потеряться? С чего бы мне теряться?
- А если что-то зашуршит в кустах?
- Где ты видишь кусты? Мы на орбитальном поселении! Какие тут могут быть, к чертям собачьим, кусты, в которых что-то могло бы зашуршать?
- Не призывайте лукавого, сэр!
- Извини, Фердинанд, я вспылил. Но согласись, твои возражения за пределами здравого смысла. Придумай что-нибудь более логичное.
- Все равно сэр, я могу пустить вас побегать только на ринговке.
- Удавка... Это унизительно.
- Как хотите, сэр.
- Фердинанд, дружище, ты же гордишься своей способностью к самосовершенствованию. – Не унимался йорк. – Ну вот и подумай своим псевдонейронным умишком. РИНГОВКА – значит только для ринга! А вне ринга мне ее надевать не по чину. Это как лампасы на кальсонах.
- Ваши доводы, сэр, - после короткого раздумья ответил робот, - они всегда убийственно логичны. Мы, машины, славимся формальной логикой, но до вашей нам далеко. Однако, сэр, я не могу вас отпустить побегать просто так, из резонных опасений за вашу безопасность и благополучие.
- Ну что со мной может случиться?
- Вы можете потеряться, сэр, как я уже говорил, можете нанести ущерб вашей шерсти. Вы, извините, меленький. Всего два кило шестьсот...
- Если бы кое-кто не забывал капнуть маслица в корм, поменьше следил за моей диетой, и меньше бы меня нервировал, то я весил бы граммов на сто побольше! – огрызнулся великий мыслитель из дальнего космоса.
- Сейчас это не имеет отношения к делу, - спокойно пробасил Робот, - весили бы вы даже на сто пятьдесят граммов больше, вы все равно оставались бы маленьким, и вас всякий мог бы обидеть.
Косясь на пререкающихся робота и собаку, мимо прошел, патриархального вида, древний негр в серой толстовке и сандалиях. Изо рта у него торчала зубочистка.
- Вот видите, какие подозрительные типы здесь встречаются! – глядя в след старику, сказал Робот.
- И что в нем подозрительного? – удивился йорк.
- У него в зубах зубочистка! – сказал робот голосом заговорщика.
- И что? – насторожился песик, сведя ушки вместе, так что они едва не касались бантика.
- Но по социальному положению, это сразу видно, он не относится к тем категориям обитателей Форта, которые могу позволить себе что-то такое, после чего нужно пользоваться зубочисткой, - рассудил робот.
- Ты наблюдателен, - заметил великий мыслитель, не без удивления, - и способен делать выводы.
- Разумеется, наблюдателен, - согласился робот, - у меня же круговой обзор, и память недавно удвоили.
- И что ты думаешь? - Тихонько спросил песик и вздрогнул, - Ну, по поводу этой зубочистки?
- Думаю, он съел что-то такое, что не купишь в магазине. Поймал и съел!
Песик с трудом сдерживал дрожь. Ему вовсе расхотелось побегать.
- Вы дрожите, сэр! Давайте наденем пижамку.
- Пижамку?! Фи! Это совсем уж моветон! Тем более, что это какая-то неправильная пижамка. Она гладкая снаружи, и шершавая изнутри. А надобно-то наоборот! Чтобы шерсть не скатывалась. – С возмущением заговорил песик. - Почему мы не взяли с собой наши милые комбинезончики из чистого шелка?
- Невозможно взять с собой весь гардероб, - виновато заметил Фердинанд. - Кто же мог знать, что в отеле самой высокой категории не найдется шелковой пижамки для йорка? Я, например, вполне доволен своим антикоррозийным халатом. Ну так что? Наденем?
- Нет... – неуверенно сказал великий мыслитель, - наверное, не стоит этого делать...
- А мы наденем пижамку наизнанку. Никто не заметит, - продолжал робот, - и вам будет удобно.
- Ну хорошо. Надеваем. Но в следующий раз ни на йоту не будем надеяться на гостиничный сервис. Все берем с собой. То что нужно, и того качества как мы привыкли.
Песик, неожиданно покладисто облачился в пижамку наизнанку. Робот не мог не заметить этого.
- А все же интересно, - заговорил йорк вновь укладываясь поудобнее на мощных скрещенных манипуляторах робота, - я про этого типа с зубочисткой. Может быть он просто плохо воспитан?
- А хотя бы и так, - резонно рассудил робот, - это же не отменяет всего вышесказанного.
- Нет, дружище, не отменяет, - согласился йорк и снова вздрогнул, хотя робот и включил подогрев верхних конечностей не доверяя пижаме.
- Все же вы, хоть и великий мыслитель, - осмелился заметить Фердинанд, - и большой мастер распутывать всякие детективные истории, но жизни, в ее неприкрытой, неподдельной наготе, вы же не знаете. Ну, согласитесь.
- Это я-то не знаю? – вскинулся песик, - а ты, выходит, знаешь?
- Я смотрю сериалы, - сказал робот, - причем мне для этого не нужен телевизор. Мой интегрированный приемник настроен на двести центральных каналов, не считая местных.
- Он смотрит сериалы! О хищные боги моих предков! С кем я связался! – воскликнул йорк, - с любителем сериалов! А ты и сейчас что-то смотришь? Вот в эту самую минуту?
- Да.
- И что именно?
- Только что началась серия номер 1534768 сериала “Галактическая полиция, отдел нравов”.
- Что-то непристойное из жизни людей?
- Из жизни людей, но отнюдь не непристойное. Это детектив. Два полицейских агента Крекер и Чипс в каждой серии расследуют какой-нибудь запутанный случай.
- Оба люди?
- Ну Крутой Крекер – человек, хотя в нем, по-моему, есть что-то от робота, возможно обаяние, педантизм... Что-то от робота неуловимое есть, - мечтательно говорил Фердинанд.
- А тот, другой?
- Другой – Чипс – он как раз собака.
- Какой породы?
- Э-э-э... Не йорк.
- Можно чуть конкретнее?
- Императорский дог, сэр, - вынужден был признать робот.
- Фи! Тупые слюнявые... – начал было песик, но робот прервал его.
- Ничего подобного! Может быть гримеры изводят тоннами салфетки на промокание его пасти, но слюнявым он в кадре не выглядит. И что касается тупости... Ну, я бы сказал, что он обладает тонким охлажденным умом.
- Тонким, отмороженным! – передразнил йорк, - Откуда ум у этих монстров. У них только сила, да челюсти. Челюсти крестного отца... Это все сценаристы. А встать в красивую позу и произнести текст любой тупица способен!
- Ну, может быть, - согласился робот, - но в определенной элегантности ему не откажешь. А как он произносит свою фирменную фразу: Я Чипс, Дог Чипс! Это что-то!
- Дай-ка и мне взглянуть одним глазком... – не без колебаний произнес песик.
Робот выдвинул из левого плеча проектор и прямо перед мордочкой пса появился голографический экран.
Зазвучала музыка, символизирующая торжество правосудия. Крутой Крекер начал бить ногами полчища своих врагов, а тем временем элегантный антрацитовый дог любезничал со 101-ой долматинкой – агентессой злодея, задумавшего поработить Галактику.
Робот был доволен собой.
Об опасной прогулке по коридорам Форта-Мэмфис было забыто, и он был спокоен за своего подопечного. К тому времени, как они придут в апартаменты люкс, где разместили местные власти приглашенного мудреца из далекого космоса, как раз закончится серия.
Фердинанда беспокоило только одно. Успели или нет работники отеля убрать опасные для шерсти ворсистые ковры и заменить бархатные покрывала на атласные. Ему не улыбалось раздирать спутанную шесть великого мудреца, после того как он покатается по ворсу.
